Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Коронавирусная инфекция у беременных

28 декабря 2020

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

По мнению экспертов ВОЗ, беременные женщины являются подверженными коронавирусной инфекции из-за изменений в организме (прежде всего, в органах дыхательной и иммунной системы), в связи с чем должны соблюдать меры социального дистанцирования. В то же время имеющиеся данные не свидетельствуют о более тяжелом течении COVID-19 у беременных женщин по сравнению с общей популяцией взрослых людей

Группу наиболее высокого риска развития тяжелых форм COVID-19 составляют беременные, имеющие соматические заболевания: хронические заболевания легких, в том числе бронхиальная астма средней и тяжелой степени тяжести; заболевания сердечно-сосудистой системы, артериальная гипертензия; сахарный диабет; иммуносупрессия, в т.ч. на фоне лечения онкологических заболеваний; ожирение; хроническая болезнь почек, заболевания печени, системные заболевания.

Течение заболевания:

Госпитализация беременных для лечения COVID-19

Показаниями к госпитализации беременных с COVID-19 во всех случаях являются среднетяжелые и тяжелые формы заболевания, они должны быть госпитализированы в карантинные стационары в соответствии с установленным порядком маршрутизации.

При легкой форме заболевания беременные могут получать лечение в домашних условиях под контролем участкового терапевта и врача акушера-гинеколога.

Терапия подбирается с учетом степени тяжести заболевания и может включать в себя «антибактериальные и противовирусные препараты, иммуномодуляторы, антикоагулянты и оксигенотерапию».

Стоит ли откладывать беременность?

При легком течении COVID-19 до 12 недель гестации, в связи с недоказанным отрицательным влиянием на плод, возможно пролонгирование беременности до доношенного срока.

Коронавирусная инфекция ни в коем случае не является показанием к прерыванию беременности. Если возникает угроза — она может возникать и по абсолютно другим причинам, не потому что женщина больна коронавирусом. Она получает лечение и от коронавирусной инфекции, и от причин, которые вызывают угрозу беременности. И донашивает свою беременность.

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Часто задаваемые вопросы:

Тест на Ковид беременным проводят при выявлении признаков острого респираторного вирусного заболевания, гриппа.

При наличии медицинских показаний КТ беременным женщинам проводят. Чтобы снизить лучевую нагрузку на плод, КТ исследование проводят с использованием специального рентгеноотражающего фартука, свинцового одеяла.

Обследование на коронавирусную инфекцию проводят не ранее 7 дней до плановой госпитализацией на родоразрешение всем беременным. При внеплановой госпитализации в родильный дом тест на коронавирусную инфекцию проведут при поступлении.

Партнерские роды в настоящее время запрещены, в соответствии
с пунктом 3.8 Постановления главного государственного санитарного врача РФ от 13.07.2020 № 20 «О мероприятиях по профилактике гриппа и острых респираторных вирусных инфекций, в том числе коронавирусной инфекции в эпидемическом сезоне 2020-2021 годов».

В сложившейся эпидемической ситуации врачам акушерам-гинекологам рекомендовано пересмотреть индивидуальные планы обследования и наблюдения беременных женщин, уменьшив количество очных консультаций до минимального, позволяющих оценить состояние беременной женщины и состояние плода.

Больничный лист беременной женщине может быть выписан при наличии заболевания. Но переход на дистанционную работу беременной женщины является одним из методов профилактики заболевания. Данный вопрос решается по согласованию с работодателем.

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Как обезопасить себя во время беременности в период Ковид?

Идеальным методом защиты беременной женщины от заражения коронавирусной инфекцией является её пребывание дома, особенно после 30 недель беременности (в период пребывания в отпуске по беременности и родам).

Источник

Амбулаторные подходы к лечению новой коронавирусной инфекции у беременных и кормящих женщин

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Проблема лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин является актуальной проблемой мирового здравоохранения. По данным зарубежных авторов (Mantlo E., Bukreyeva N., Maruyama J., Paessler S., Huang C. Antiviral activities o

Резюме. Проблема лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин является актуальной проблемой мирового здравоохранения. По данным зарубежных авторов (Mantlo E., Bukreyeva N., Maruyama J., Paessler S., Huang C. Antiviral activities of type I interferons to SARS-CoV-2 infection. Antiviral Res. 2020 Jul; 179: 104811) рекомбинантный интерферон α активен в отношении нового коронавируса in vitro на модели культуры клеток Vero и SARS-CoV-2 (COVID-19). SARS-CoV-2 (COVID-19) чувствителен к рекомбинантному интерферону α-2b, но для достижения терапевтического эффекта требуются высокие концентрации в сыворотке крови (более 300 МЕ/мл), которые достигаются при системном введении более 3 000 000 МЕ рекомбинантного интерферона α-2b. В статье проводится анализ клинических симптомов и эффективности терапии новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин в амбулаторной практике большими дозами интерферона α-2b (по решению консилиума врачей). Авторы установили, что комплексная терапия большими дозами интерферона α-2b инфекция COVID-19 у беременных течет относительно благоприятно и заканчивается выздоровлением. У кормящих женщин, не работающих по причине отпуска по уходу за ребенком, новая коронавирусная инфекция имела невыраженные клинические симптомы, сопровождалась развитием пневмоний (МСКТ I–II) с нераспространенным поражением легких. В качестве базисной терапии так же, как и беременным, им назначались высокие дозы рекомбинантного интерферона α-2b и β-лактамного антибиотика, чтобы не допустить утяжеления состояния. Данная терапия позволяла избежать осложнений и купировать явления поражения бронхиального дерева.

Эпидемиологическая ситуация в мире, вызванная новым штаммом коронавируса SARS-CoV-2, продолжает оставаться напряженной, и новая коронавирусная инфекция COVID-19 начала свое распространение по территории Российской Федерации. Динамика роста новых случаев заболевания в Омской области (рис. 1) носит характер экспоненциального роста: на момент написания данной статьи в Омской области выявлено 7637 случаев заболевания, количество выздоровевших составило 5374 пациента, суммарное число летальных исходов по области – 85 случаев, показатель летальности составил 1,12% [1].

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Особую тревогу вызывают случаи заболевания новой коронавирусной инфекцией у беременных. Имеющиеся в настоящее время литературные данные не позволяют сделать полноценный вывод о более тяжелом клиническом течении заболевания у беременных в сравнении с общей популяцией страдающих COVID-19 [2, 3]. Так, например, проведенное ретроспективное одноцентровое исследование всех беременных женщин с COVID-19, которые были госпитализированы в больницу Тунцзи в г. Ухане (КНР), показало, что фетальные и неонатальные исходы тех беременных женщин, которые заразились на поздних сроках беременности, в клиническом плане являются хорошими, поскольку эти результаты достигаются с помощью интенсивных методов диагностики и контроля распространения инфекции [4]. Вместе с тем в другой работе иностранных исследователей в результате изучения эпидемиологических и клинических особенностей у детей, инфицированных вирусом SARS-CoV-2, при суммировании перинатальных исходов новорожденных, инфицированных новым коронавирусом во внутриутробном периоде, авторами было сделано предположение о возможности вертикальной передачи вируса от матери плоду [5]. В литературе описаны случаи выявления с помощью метода полимеразной цепной реакции (ПЦР) антигенов вируса SARS-CoV-2 в грудном молоке в лактационном периоде [6]. Однако в образцах амниотической жидкости и в плаценте, по известным данным на сегодняшний день, собственно вируса SARS-CoV-2 или его антигенных компонентов обнаружено не было [7]. И все же анализ литературных источников 2020 г., посвященных проблеме беременных с COVID-19, показал, что риск возникновения тяжелых осложнений у беременных возможен, равно как и резкое ухудшение течения заболевания вплоть до критического уровня, на фоне стабильной клинической картины [8, 9]. Как правило, неонатальные случаи инфицирования вирусом SARS-CoV-2 с развитием клинической картины инфекции COVID-19 были выявлены при тесном контакте новорожденного с зараженной матерью или третьими лицами. Эти факты официально подтверждены Центром по контролю за заболеваниями в США (Center for Disease Control – CDC), в документах которого сказано, что во время беременности риск передачи коронавируса от матери к ребенку крайне низок, однако заражение новорожденного возможно при контакте с больным COVID-19 или бессимптомным вирусоносителем SARS-CoV-2 [10]. Данные сведения являются чрезвычайно важными для построения адекватной системы оказания квалифицированной медицинской помощи беременным, инфицированным новым коронавирусом.

Согласно Методическим рекомендациям Минздрава России «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19» [11], в стране разработаны принципы маршрутизации данных контингентов больных, определены основные параметры лабораторной диагностики и терапии как на госпитальном этапе, так и в амбулаторной практике. Ранжирование всех случаев заболевания инфекцией COVID-19 у беременных осуществляется в соответствии с действующими нормативами и подразумевает следующие критерии оценки каждого случая заболевания: подозрительный, вероятный, подтвержденный [12]. Cреднетяжелые и тяжелые формы COVID-19 у беременных требуют обязательной госпитализации. При легких формах инфекции беременные могут наблюдаться в амбулаторных условиях без потенциального ущерба для их семей. Эти подходы заложены в общемировую концепцию и сформулированы в соответствующих отечественных и зарубежных официальных нормативных документах [11, 13]. Напротив, пациентки с предполагаемым диагнозом должны быть помещены в лечебные учреждения, оснащенные специальными помещениями для изоляции, возможно с отрицательным атмосферным давлением и снабженные средствами индивидуальной защиты (СИЗ) [11]. В июне-июле 2020 г. в учреждениях здравоохранения Омской области изменились подходы к диагностике ОРВИ. Не каждый случай ОРВИ требовал соответствующего обследования на COVID-19. Госпитализация при ОРВИ перестала быть обязательной и осуществлялась только при диагностировании пневмонии с большим объемом поражения (более 50% по данным МСКТ органов грудной клетки – ОГК). И в этот период развитие клинической симптоматики ОРВИ у беременной женщины не считалось подозрением на COVID-19, участковые терапевты самостоятельно лечили развившиеся случаи инфекции, не сопровождающиеся одышкой и снижением показателей сатурации.

В этой связи нами было решено проанализировать случаи развития ОРВИ у беременных и кормящих женщин за июнь-июль 2020 г., впоследствии расцененные как новая коронавирусная инфекция, с оценкой клинической симптоматики и результатов лечения.

Целью данного исследования было провести анализ клинических симптомов и эффективности терапии новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин в амбулаторной практике.

Материалы и методы исследования

Исследование носило наблюдательный и описательный характер. В группу исследования вошли 5 беременных, заболевших ОРВИ в период с июня по июль 2020 г., а также 4 женщины в лактационном периоде (кормящие матери), заболевшие пневмониями в тот же период времени. Средний возраст беременных составил 31,2 ± 2,9 года, из них одна — первобеременная, 4 пациентки были повторно беременные, при этом у двух из них это была вторая беременность (первая закончилась родами), у одной пациентки — третья беременность (одни роды и один выкидыш), у одной пациентки — четвертая беременность (в анамнезе трое родов). Срок гестации составлял от 15 до 32 недель. Средний возраст кормящих матерей, включенных в исследование, составлял 33,7 ± 6,2 года. Средний возраст грудных детей составил 5,2 ± 3,8 месяца. В качестве средств терапии у беременных и кормящих грудью пациенток с ОРВИ был выбран препарат рекомбинантного интерферона α-2b с антиоксидантами — аскорбиновой кислотой и токоферола ацетатом (Виферон®) в форме ректальных суппозиториев в дозе 3 000 000 МЕ 2 раза в день курсом 10 дней. Данный выбор базировался на современных литературных данных по решению консилиума врачей. Так, проведенный критический обзор лекарственных средств, применяемых при лечении инфекции COVID-19, показал, что интерфероны I типа — IFN-alpha (IFN), обладающие широким спектром противовирусной активности в отношении РНК-вирусов, стимулируя адаптивный иммунный ответ хозяина, могут быть полезны при клиническом лечении COVID-19 как самостоятельно, так и в комбинации с другими противовирусными препаратами [14]. Данный вывод авторов основывается на работах E. Mantlo и соавт. (2020), которые в эксперименте in vitro продемонстрировали, что вирус SARS-CoV-2 чувствителен к IFN-alpha, репликация вируса при этом ингибируется в концентрациях, которые клинически достижимы у пациентов [15]. Кроме того, в исследовании B. P. Yazdani и соавт. (2012) показано, что IFN-alpha существенно не увеличивает риск развития пороков развития, выкидышей, мертворождений или преждевременных родов и его применение в рекомендуемых дозах абсолютно безопасно [16]. Также в свое время отечественные авторы доказали, что усиление цитотоксичности NK-клеток, стимуляция синтеза иммуноглобулинов различных классов, активация механизмов нейтрофильного фагоцитоза в реализации не только противовирусных, но и бактериостатических/бактерицидных эффектов невозможны без использования препаратов рекомбинантного интерферона α [17–19]. Назначение рекомбинантного интерферона α-2b с антиоксидантами в форме ректальных суппозиториев сочеталось с применением антибактериальных препаратов: препаратами выбора были джозамицин (Вильпрафен), назначаемый по 1000 мг 2 раза в день, или амоксициллин/клавулановая кислота — по 625 мг 3 раза в день, при этом назначение джозамицина считалось предпочтительным ввиду отсутствия послабляющего эффекта, связанного с усилением перистальтики кишечника, характерного для клавулановой кислоты. Выбор антибиотиков и способа их введения осуществлялся нами в соответствии с п. 4.8 действующего нормативного документа — методических рекомендаций Минздрава России «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19 (версия 2.0 от мая 2020 г.)» [11].

Результаты исследования

У беременных, включенных в исследование, клиническое течение ОРВИ в 4 случаях было острым, сопровождающимся повышением температуры тела до фебрильных цифр, слабостью, отсутствием аппетита. Пятая беременная пациентка отличалась от других (о ней информация дана ниже по тексту). Ранний симптом — аносмия (потеря обоняния) — был зарегистрирован у одной беременной пациентки. В первые дни заболевания других симптомов не отмечалось. При этом у трех женщин не был установлен источник заражения, одна из них заболела одновременно со своей матерью 63 лет, у которой заболевание протекало легко, сопровождалось невысокой субфебрильной лихорадкой, аносмией, выраженной слабостью, потерей аппетита. Клиническая симптоматика данной пациентки подверглась регрессии в течение 5–8 дней. У одной из четырех женщин предположительным источником заражения стал супруг, заболевший на 5 дней раньше. У больного диагностирована двусторонняя пневмония, наблюдалось поражение легочной ткани в объеме 18%, ПЦР-анализ на вирус SARS-CoV-2 был отрицательным. На 7-й день болезни в крови у пациента обнаружены антитела IgМ и IgG к вирусу SARS-CoV-2, референтные значения которых составили 9,2 и 6,7 МЕ/мл соответственно. Все беременные обратились к участковому терапевту, работающим был открыт больничный лист, выставлен диагноз ОРВИ, ПЦР-анализ на антигены к вирусу SARS-CoV-2 не проводился. Одновременно пациентки обратились к пульмонологу в частные медицинские центры. В качестве терапии им был назначен интерферон α-2b с антиоксидантами — витаминами С и Е (Виферон®) в виде ректальных суппозиториев в дозе 3 000 000 МЕ 2 раза в день, одновременно назначались антибактериальные препараты, трем пациенткам — джозамицин, одной — амоксициллин/клавуланат. При этом на терапию интерфероном α-2b согласились все пациентки, антибактериальный препарат одновременно согласились принимать 2 пациентки, 2 беременные женщины воздержались от приема антибактериального препарата.

Нормализация температуры тела на фоне лечения наступила у всех четырех пациенток в течение второго-четвертого дней от начала заболевания. В последующем у двух пациенток, получавших одновременно противовирусную и антибактериальную терапию, симптомы регрессировали следующим образом: аппетит восстановился к 10–11 дню, слабость уменьшалась постепенно и максимально сохранялась в течение 18–21 дня. Общая продолжительность лечения составила 10 дней. У двух беременных, получавших только интерферон α-2b, было отмечено повторное повышение температуры тела до фебрильных цифр на 5–6 день болезни, наблюдалось появление интенсивного, в том числе приступообразного кашля в дневное и ночное время, что потребовало добавления к лечению антибактериального препарата. Общий курс лечения этих пациенток составил 15–16 дней. У одной пациентки диагностирован бронхообструктивный бронхит, назначалась небулайзерная терапия с использованием суспензии будесонида и бронхолитиков (ипратропия бромид/фенотерол). Обеим беременным пациенткам был выставлен диагноз бронхита, развившегося на фоне ОРВИ. Частота дыхательных движений не изменялась, показатели пульсоксиметрии были нормальными, лучевые методы исследования в диагностике не использовались. В связи с тем, что четырем беременным пациенткам ПЦР-диагностика назальных мазков на определение РНК вируса SARS-CoV-2 не проводилась, диагноз CОVID-19 им не выставлялся. После улучшения состояния, исчезновения симптомов пациентки сдали анализ крови на определение антител класса IgG к SARS-CoV-2, которые были идентифицированы у всех больных в референтных значениях от 2,8 до 8,1 МЕ/мл, что позволило считать данный эпизод ОРВИ новой коронавирусной инфекцией COVID-19. Пятая пациентка отличалась от остальных: это была мать троих детей, имевшая четвертую беременность в сроке гестации 26 недель. В семье заболел супруг, у которого отмечена субфебрильная лихорадка в течение 7 дней, на МСКТ ОГК выявлена двусторонняя пневмония с поражением легких на 25%. У данной пациентки на 6-й день болезни мужа отмечалось однократное повышение температуры до 37,5 °С, с последующей самостоятельной нормализацией температурной реакции. Других симптомов заболевания не отмечено. Муж был изолирован в пределах квартиры в отдельную комнату с первых дней заболевания. Пациентке назначался интерферон α-2b в лекарственной форме «ректальные суппозитории» – 500 000 МЕ 2 раза в день курсом 10 дней. В крови через 19 дней от даты фебрилитета были обнаружены IgG к вирусу SARS-CoV-2 в референтном значении 2,1 МЕ/мл.

В исследование также вошли 4 пациентки в стадии лактации. Все обследуемые женщины имели бытовой контакт с мужьями, у которых были отмечены симптомы ОРВИ (слабость, повышение температуры тела до субфебрильных цифр). Мужчины к врачу не обращались и продолжали работать. На 5–7 день от начала контакта у всех кормящих женщин отмечалось повышение температуры до субфебрильных цифр (37,2–37,5 °С), наблюдались симптомы слабости, снижения аппетита, в двух случаях пациентки жаловались на аносмию. На 3–5 день течения эпизода ОРВИ у матерей семейные пары обратились в частные медицинские центры для выполнения МСКТ ОГК. У всех обратившихся были диагностированы двусторонние интерстициальные пневмонии, объем поражения легких у кормящих женщин составлял от 8% до 25%, у супругов пациенток – от 12% до 35%. В дальнейшем пациентки обращались к терапевтам, пульмонологам частных медицинских центров. В качестве терапии назначался препарат рекомбинантного интерферона α-2b в сочетании с витаминами С и Е, (Виферон®) в форме ректальных суппозиториев в дозе 3 000 000 МЕ 2 раза в день курсом 10 дней, а также амоксициллин/клавулановая кислота в двух случаях, джозамицин также в двух случаях. Кормление грудью пациентки не прекращали. У двух детей в возрасте 6 и 7 месяцев отмечалась субфебрильная температурная реакция в течение 2–3 дней, детям назначался интерферон α-2b (ректальные суппозитории) в дозе 150 000 МЕ 2 раза в день, продолжительность приема составила 3–5 дней, затем самостоятельно препарат отменялся мамой ввиду отсутствия симптомов у ребенка. Антибактериальная терапия детям не потребовалась.

Контроль МСКТ ОГК женщинам в ближайшее после выздоровления время не проводился, поскольку был запланирован при условии удовлетворительного самочувствия после окончания периода лактации. Исследовалась кровь на наличие иммуноглобулинов классов M и G после завершения курса терапии: у всех пациенток обнаружены IgМ и IgG к SARS-CoV-2 в значениях от 4 до 8,8 МЕ/мл, у одной пациентки референтное значение IgМ составило 2,6 МЕ/мл.

Заключение

В статье проводится анализ клинических симптомов и эффективности терапии новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин в амбулаторной практике большими дозами интерферона α-2b. Авторы установили, что на фоне комплексной терапии большими дозами интерферона α-2b (Виферон®) инфекция COVID-19 у беременных течет относительно благоприятно и заканчивается выздоровлением. Терапия интерфероном α-2b с антиоксидантным комплексом (витаминами Е и С) считается безопасной в период беременности и лактации и создает достаточный противовирусный эффект, выражающийся в нормализации температурных параметров тела и последующем регрессировании остальных симптомов. При этом в наших наблюдениях дозы интерферона α-2b (ректальная лекарственная форма), применяемые у беременных, были высокими — от 500 000 МЕ до 3 000 000 МЕ (за прием). Побочных явлений не наблюдалось, переносимость препарата была хорошей, отрицательного воздействия на плод зафиксировано не было. При новой коронавирусной инфекции назначение антибактериальных препаратов, допустимых при беременности, позволяло избежать осложнений и купировать явления поражения бронхиального дерева. У кормящих женщин, не работающих по причине отпуска по уходу за ребенком, новая коронавирусная инфекция развивалась при контакте с работающими мужьями, имела невыраженные клинические симптомы, сопровождалась развитием пневмоний (МСКТ I–II) с нераспространенным поражением легких, препаратами выбора для ее терапии послужил интерферон α-2b в виде ректальных суппозиториев и бета-лактамные антибиотики. Результаты исследования в целом сочетаются с данными литературных источников и позволяют рекомендовать вышеуказанные схемы лечения препаратом рекомбинантного интерферона α-2b с высокоактивными антиоксидантами витаминами Е и С (Виферон®) и бета-лактамные антибиотики в амбулаторной клинической практике при лечении беременных и кормящих женщин, страдающих инфекцией COVID-19.

Литература/References

ФГБОУ ВО ОмГМУ Минздрава России, Омск, Россия

Амбулаторные подходы к лечению новой коронавирусной инфекции у беременных и кормящих женщин/ А. В. Мордык, Л. В. Пузырева, К. Ю. Самсонов, Н. В. Багишева
Для цитирования: Лечащий врач № 8/2020; Номера страниц в выпуске: 71-76
Теги: вирусная инфекция, коронавирус, пневмония

Источник

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Вопросы медицинской помощи беременным, роженицам и родильницам с COVID-19, а также вакцинации беременных обсуждались на республиканском вебинаре c участием ведущих специалистов и экспертов.

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременныхЮрий Горбич,заведующий кафедрой инфекционных болезней и детских инфекций БелМАПО, кандидат мед. наук. Заведующий кафедрой инфекционных болезней и детских инфекций БелМАПО, кандидат мед. наук Юрий Горбич сообщил, что большинство беременных заражаются за счет домашних контактов, поэтому следует прививать не только саму женщину, но и всех членов семьи. Типичные симптомы: повышение температуры, слабость, миалгия, кашель.

Помимо этого беременные чаще жалуются на головную боль, тошноту и рвоту. Традиционные для первых волн жалобы на отсутствие обоняния и вкусовых ощущений на фоне «дельты» встречаются гораздо реже. Если раньше — у 80 % пациентов, то теперь у 50 %, а по некоторым данным — у 40 %.

Беременность является фактором риска тяжелого течения COVID-19.

По данным международного метаанализа, объединившего результаты 192 исследований с охватом 64 000 беременных: встречаемость пневмонии — 7,4 %, ОРДС — 13,4 %; попадают в ОРИТ — 3,3 %, из них на ИВЛ — 1,6 %, ЭКМО — 0,11 % (процент ограничен доступностью метода), летальный исход у 0,8 %.

Факторы риска тяжелого течения COVID-19 у беременных:

Юрий Горбич:

Постковидные симптомы у беременных продолжаются дольше и чаще всего имеют бо́льшую выраженность, особенно с точки зрения психосоциальной симптоматики, связанной с психологическими и когнитивными нарушениями. Частота встречаемости других симптомов: общие — 49,6 %, респираторные — 39 %, сердечно-сосудистые — 13 %, психосоциальные — 22,7 %, аллопеция — 28,6 %. Спустя 7 месяцев как минимум у половины остается любой симптом, а у четверти — психосоциальная симптоматика.

Изменения в показателях ОАК у беременных в сравнении с небеременными:

Юрий Горбич:

Оценивая уровень D-димеров, следует учитывать естественный рост этого показателя при беременности. Однако непрерывный рост на 500–1 000 Ед в сутки или резкое повышение в течение суток нормой быть не может. Еще одно существенное отличие: увеличение СРБ у беременных гораздо меньше, чем у небеременных. Принципиальнейшая вещь — абсолютный уровень лимфоцитов. Если он снижается ниже 0,8ґ109/л без признаков бактериальной инфекции, особенно с 4-го по 12-й день, то следует рассмотреть вопрос назначения ингибиторов рецепторов ИЛ-6.

Инструментальные и лабораторные методы диагностики

Оценивая изменения в легочной ткани по типу «матового стекла», не нужно забывать, что аналогичные изменения могут быть вызваны любым ангиоинвазивным заболеванием (васкулит, ЦМВ, грипп и др.).

При диагностике инфекции, вызванной SARS-CoV-2, применяются: ПЦР материала из дыхательных путей (мокрота, эндотрахеальный аспират, бронхоальвеолярный лаваж); ПЦР смывов из носоглотки и ротоглотки (при отсутствии признаков поражения верхних дыхательных путей, невозможности получения мокроты); серологические методы (исследование на антиген (Ag) или антитела).

Юрий Горбич:

Важный момент: при проведении теста на Ag нужно оценить результаты строго в течение 15 минут. Если же вторая полоса проявится позже, например, через 16–17 минут, то такой тест считается отрицательным. Что касается исследований на антитела, то их значение в первичной диагностике COVID-19 стремится к нулю с учетом вероятных повторных заражений и того факта, что их выявление возможно не ранее 8-го дня от начала заболевания.

Клинико-лабораторные критерии установления диагноза СOVID-19:

Юрий Горбич:

Положительный тест на Ag или ПЦР даже без наличия клинической картины подтверждает диагноз COVID-19. В остальных случаях должна быть клиническая картина в сочетании с лабораторными и инструментальными методами исследования. У пациентов с подозрением на инфекцию, особенно при тяжелом состоянии или пневмонии, однократное исследование образцов из верхних дыхательных путей c отрицательным результатом не исключает COVID-19.

В условиях пандемии любая ОРВИ рассматривается как COVID-19, пока не доказано обратное.

Патогенетическая и симптоматическая терапия

На амбулаторном этапе: прон-позиция, адекватная гидратация, жаропонижающие.

Юрий Горбич:

Дополнительный прием витамина D, цинка, АЦЦ не нужен. Гидратация проводится перорально. На поздних сроках беременности сложно в домашних условиях обеспечить прон-позицию, поэтому допускается положение на левом боку с ротацией на правый бок каждые 2 часа. В стационарах прон-позиция у беременных возможна и на поздних сроках. Практика показывает, что при сатурации 89–90 % простой поворот и укладка в прон-позицию приводила к сатурации 96 %!

В стационарах: прон-позиция, адекватная гидратация, НМГ, жаропонижающие, кислородная поддержка, ГКС.

Юрий Горбич:

ГКС назначаются только пациентам на кислородной поддержке. Это подразумевает все виды — назальные канюли, лицевые маски, неинвазивная и инвазивная ИВЛ. Если беременная переводится на кислородную поддержку, автоматически вторым пунктом идет назначение ГКС.

При крайне тяжелом состоянии с угрозой летального исхода в течение суток на основании заключения врачебного консилиума с обязательным участием врача-инфекциониста и врача-анестезиолога-реаниматолога рассматривается вопрос о проведении пульс-терапии: метилпреднизолон внутривенно титрованием 500 мг в 1-е сутки, затем 250 мг на протяжении 3 суток с последующим снижением дозы на 50 % каждые 3 суток до полной отмены.

Однако практика показывает, что в случае нарастания воспаления и выхода в цитокиновый шторм гораздо более эффективным является сочетание стандартных доз ГКС (метилпреднизолон 1 мг/кг) с тоцилизумабом (6 мг на кг).

Тоцилизумаб является моноклональным антителом к рецепторам ИЛ-6, назначается в дозировках 300 мг при массе меньше 100 кг, 800 мг при массе более 100 кг. Показания к назначению: интерстициальная пневмония с тяжелой дыхательной недостаточностью (ДН), быстрое угнетение дыхательной функции, наличие внелегочных дисфункций (септический шок, полиорганная недостаточность), сохранение или возобновление лихорадки, повышенный уровень ИЛ-6 на фоне ДН, признаки синдрома высвобождения цитокинов на фоне ДН.

Юрий Горбич:

Тоцилизумаб может быть рассмотрен для лечения беременных с COVID-19 ввиду отсутствия наблюдений об увеличении риска патологии плода. Но назначать нужно осторожно, строго по показаниям, т. к. частота побочных эффектов достаточна высока. Олокизумаб и левилимаб применяются в нашей стране, но противопоказаны беременным. Барицитиниб, который придет в нашу страну, назначается пациентам на респираторной поддержке, но при беременности он категорически противопоказан.

Этиотропная терапия у беременных точно такая же, как и у остальных, — ремдесивир.

Юрий Горбич:

Ремдесивир назначается беременным при наличии минимальных признаков ДН, так как достоверно и значимо снижает последующую необходимость перевода на ИВЛ.

Ремдесивир назначается врачебным консилиумом в установленном порядке с получением информированного согласия пациента или его законного представителя. Дозировки: 1-й день 200 мг однократно в/в, с 2-го дня 100 мг в/в раз в сутки. Срок лечения 5 дней, однако может быть продлен до 10 дней у пациентов на ИВЛ или ЭКМО при условии положительной динамики в течение первых 5 дней.

Юрий Горбич акцентировал внимание на нецелесообразности назначения антибиотиков при ОРВИ на амбулаторном этапе. Тем не менее некоторые врачи почему-то продолжают их назначать, в частности азитромицин.

Юрий Горбич:

Азитромицин при SARS-CoV-2 абсолютно не влияет на течение процесса, при этом может привести к серьезным осложнениям в виде АБ-ассоциированных колитов и мегаколона.

В целом вероятность вторичных бактериальных осложнений при SARS-CoV-2 составляет 7 %, у пациентов в ОРИТ — 14 %.

Юрий Горбич:

Антибактериальными препаратами выбора при строгом наличии показаний являются: амоксициллин/клавуланат или ампициллин/сульбактам или ЦС 3-го поколения + азитромицин. Но эмпирически назначая эти препараты, необходимо выполнить бакпосев на гемокультуру и стерильность, анализы мочи и мокроты. И если в течение 48 часов флора в этих культурах не растет, никакого смысла назначение АБ не имеет.

Госпитализация беременных в ОРИТ

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременныхИгорь Ялонецкий, ассистент кафедры анестезиологии и реаниматологии БГМУ. С приходом «дельта»-варианта SARS-CoV-2 клинические проявления инфекции развиваются гораздо быстрее, иногда состояние пациента с легким течением может стремительно ухудшиться в считанные часы и стать критическим. Все это вынуждает врачей менять тактику при оказании помощи пациентам с COVID-19. Об этом рассказал ассистент кафедры анестезиологии и реаниматологии БГМУ Игорь Ялонецкий.

Игорь Ялонецкий:

Мировая практика показала важность реанимационной койки. Но все мы должны понимать, что ОРИТ — это тушение уже разгоревшегося пожара и часть пациентов, которые попадают в реанимацию, могли бы там не оказаться при более интенсивной и правильной работе в соматических отделениях.

Пациенты поступают в ОРИТ четырьмя путями: на скорой в крайне тяжелом или терминальном состоянии; через приемное отделение; при переводе из соматических отделений внутри стационара; при межгоспитальных переводах. На каждом этапе крайне важно проводить адекватную сортировку пациентов, обеспечить логистику.

В соматических отделениях необходимы тщательный мониторинг состояния пациентов, рациональная терапия, своевременный перевод на кислородные койки и обратно при снижении потребности. Каждое решение о межгоспитальном переводе должно быть взвешенным, с оценкой рисков транспортировки.

Игорь Ялонецкий отметил, что помимо контроля уровня сатурации медперсонал должен обращать внимание на такие моменты, как соблюдение прон-позиции, питьевого режима, уточнение диуреза, а также проверять, правильно ли надета кислородная маска, заправлен ли водой увлажнитель. Если все это делать регулярно, то пациенты привыкают и более четко соблюдают режим.

Показания для госпитализации в ОРИТ беременных и небеременных отличаются.

Показания для госпитализации в ОРИТ: SpO2 30/мин при температуре тела 38 °C; нарушения сознания, поведения; индекс оксигенации (РаO2/FiO2) 25/мин, SpO2 Вакцинопрофилактика у беременных

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременныхИгорь Стома, ректор ГомГМУ, профессор кафедры инфекционных болезней, доктор мед. наук. Игорь Стома, ректор ГомГМУ, профессор кафедры инфекционных болезней, доктор мед. наук:

Самым эффективным способом профилактики тяжелого течения COVID-19 является вакцинация.

Игорь Стома:

Позиция CDC, самой авторитетной организации по вопросам вакцинации, однозначна: ни одна из зарегистрированных в мире вакцин не содержит живой вирус SARS-CoV-2, поэтому не может вызвать заболевание.

С учетом того, что беременность является фактором риска по тяжелому течению COVID-19, CDC рекомендует вакцинацию беременных. Безопасность мРНК-вакцин достаточна для вакцинации беременных, в т. ч. до 20-й недели, показано, что она снижает риск инфекции. Кроме того, поствакцинальные антитела обнаруживаются в пуповинной крови, что может помочь защитить от COVID-19 новорожденных.

Игорь Стома рассказал, что по данным регистра V-safe, в США от COVID-19 привито 168 157 беременных. Исследования поствакцинального иммунитета показали, что титры антител у беременных и кормящих эквивалентны небеременным, также не обнаружено отличий в реактогенности между группами.

В рамках обсервационных исследований по 35 тысячам родоразрешений показано, что частота исходов беременностей не различалась в группах вакцинированных и невакцинированных, т. е. вакцинация не влияет на частоту мертворождений, спонтанных прерываний беременности и преждевременных родов, врожденных аномалий.

В Беларуси на данный момент доступны российская двухкомпонентная вакцина «Спутник V» («Гам- Ковид-Вак»), которая, по мнению Игоря Стомы, является одной из самых эффективных иммуногенных вакцин в мире, а также китайская Sinovac CoronaVac (Vero Cell).

Игорь Стома:

В инструкции к «Спутнику V» указано, что беременность и период грудного вскармливания являются противопоказанием к вакцинации. Однако наши российские коллеги с лета 2021 года изменили рекомендации, обозначив целесообразность проведения вакцинации «Cпутником V» в группах риска тяжелого течения с 22-й недели беременности. Группы риска включают беременных с ожирением, хроническими заболеваниями легких, почек, печени, СД, сердечно-сосудистой патологией.

В Беларуси у беременных применяется вакцина Sinovac CoronaVac (Vero Cell), одобренная ВОЗ для использования у беременных.

Игорь Стома:

Вакцина Sinovac CoronaVac (Vero Cell) является инактивированной, выращена на культуре клеток, а не на куриных эмбрионах, т. е. гипоаллергенна. ВОЗ рекомендует эту вакцину к применению у беременных в случаях, когда преимущества вакцинации превышают потенциальные риски, при этом для принятия взвешенного решения беременные должны быть проинформированы о рисках тяжелого течения COVID-19 при беременности.

ВОЗ не рекомендует проводить тест на беременность перед вакцинацией или откладывать беременность, тем более прерывать ее по причине вакцинации.

Приказом Минздрава Беларуси № 1257 от 12.10.2021 рекомендуется вакцинация всех беременных независимо от срока и наличия других факторов риска тяжелого течения, однако группой приоритета являются беременные в возрасте 25 лет и старше, работающие в системе здравоохранения, имеющие ожирение любой степени, хронические заболевания легких, АГ, прегестационный СД и др. На 21 октября 2021 года в Беларуси привиты 71 беременная и 6 кормящих матерей.

«Нарушения гемостаза при COVID-19 у беременных: почему это происходит и что делать»

При тяжелом течении COVID-19 у беременных количество тромбоэмболических осложнений возрастает в разы. Это обусловлено, с одной стороны, физиологическими изменениями в системе гемостаза в сторону гиперкоагуляции — постепенное, по мере увеличения сроков беременности, увеличение плазменного уровня фибриногена, факторов VII, фон Виллибранда, VIII, концентрации D-димеров; антитромбин III незначительно снижается, фибринолитическая активность снижается.

С другой стороны, инфицирование SARS-CoV-2 также вызывает ряд патофизиологических реакций, значительно влияющих на систему гемостаза. Тромбообразование у пациентов с COVID-19 запускается в основном по внешнему пути активации процесса свертывания крови (через соединение тканевого фактора с фактором VII).

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременныхОльга Светлицкая, доцент кафедры анестезиологии и реаниматологии БелМАПО, кандидат мед. наук. Повреждение альвеолярно-капиллярного барьера

Вирус SARS-CoV-2 проникает в легочную ткань благодаря соединению с рецептором АСЕ2, который экспрессируется в большом количестве на поверхности пневмоцитов 2-го типа и эндотелиоцитов, выстилающих капиллярное русло.

С момента проникновения вируса и начала репликации клетка перестает выполнять свойственные ей функции, начинает продуцировать белки, свойственные вирусу, с формированием новых вирионов, после чего разрушается. На это реагируют альвеолярные макрофаги и циркулирующие в капиллярном русле легочной ткани моноциты. Они начинают вырабатывать в большом количестве интерлейкины ИЛ-1, ИЛ-6 и другие провоспалительные цитокины.

Чем больше происходит размножение вирионов, тем больше разрушается пневмоцитов 2-го типа и эндотелиоцитов и тем серьезнее нарушения альвеолярно-капиллярного барьера, что клинически проявляется снижением сатурации. Нарастание выработки макрофагами и моноцитами провоспалительных цитокинов существенно влияет на активацию системы гемостаза.

Вырабатываемые интерлейкины, в частности ИЛ-1 и ИЛ-6, увеличивают синтез тканевого фактора на поверхности эндотелиоцитов, которые еще не повреждены SARS-CoV-2. Кроме того, ИЛ-6 блокирует синтез ингибитора пути тканевого фактора. Накопление тканевого фактора глобально активирует процесс свертывания крови по всему сосудистому руслу.

Начинается массивная агрегация тромбоцитов в просвете легочных капилляров и формирование сгустков. Чем у́же просвет сосуда, тем меньше вероятность образования в нем полноценных тромбов, чаще в них наблюдаются тромбоцитарные сладжи. ФНО-а (фактор некроза опухоли альфа) блокирует фибринолиз.

Таким образом, при COVID-19 точно так же, как и при септических состояниях, параллельно происходят два серьезных патофизиологических процесса в системе гемостаза: глобальная активация тромбообразования на фоне угнетения фибринолиза.

Сложности антикоагулянтной терапии при COVID-19

Все пациенты, в т. ч. беременные женщины, должны получать профилактические и лечебные дозы НМГ, рассчитанные на фактическую массу тела.

Подбор дозы гепарина недопустимо проводить на глазок, потому что это может привести к осложнениям. Всех пациентов с COVID-10 при госпитализации необходимо взвешивать на уровне приемного отделения и четко указывать массу тела и рост в истории болезни.

Что делать, если нет возможности определить уровень D-димеров?

Во-первых, надо помнить, что исследование уровня D-димеров, широко практикуемое среди общей популяции пациентов с COVID-19, у беременных имеет невысокую клиническую значимость, поскольку разброс показателей уровня D-димеров при нормально протекающей беременности значительный и до сих пор не удалось установить достоверные референсные значения D-димеров при беременности. Поэтому оценку уровня D-димеров нужно обязательно проводить в динамике, обращая внимание не только на абсолютный уровень, но и на ежесуточный прирост.

В ситуациях, когда по каким-либо причинам нет возможности срочно определить уровень D-димеров, следует оценить уровень ЛДГ (лактатдегидрогеназы). Повышение ЛДГ в динамике, особенно >1 000 Ед/л, у пациента с COVID-19 может выступать косвенным лабораторным признаком ТЭЛА и/или инфаркта легких. Данный тест является высокочувствительным, но неспецифичным, однако поскольку при COVID-19 зоной поражения прежде всего являются легкие, мы можем предположить, что катастрофа происходит именно там.

Косвенно подтверждают наличие ТЭЛА: ЭКГ (признаки перегрузки правых отделов сердца), УЗИ сердца (расширение правых отделов, увеличение среднего значения ДЛА) и вен нижних конечностей (наличие тромбов).

Перечисленные косвенные признаки позволяют заподозрить ТЭЛА или высокий риск ТЭЛА и своевременно назначить адекватные дозы гепаринов.

Что делать, если не получается достичь целевого уровня RАЧТВ?

В первую очередь следует проверить правильность выполнения номограммы (расчет и коррекция болюса и вводимой дозы нефракционированного гепарина на фактическую массу тела). Если вы уверены, что выполнили все правильно, а RАЧТВ все равно не достигло целевых значений — определить уровни антитромбина III и/или анти-Ха активности.

Антитромбин III (AT III) и что делать при его снижении

Гепарин является кофактором AT III, он трансформирует AT III в антикоагулянт немедленного действия, усиливая его эффекты в 1 000 и более раз в зависимости от того, в какой дозе и с какой скоростью он вводится. Дефицит AT III уменьшает способность гепарина ингибировать факторы свертывания крови IIа и Ха.

Средний нормальный уровень AT III — 80–120 %. У беременных он естественным образом постепенно снижается и к концу 3-го триместра в норме не должен снизиться менее чем до 65 %. Практика показывает, что 60–65 % являются вполне управляемой ситуацией. Более низкие показатели (55–50 % и ниже) должны насторожить специалиста.

При остром воспалении уровень AT III всегда повышается, а вот при развитии тромбоза, сепсиса, ДВС-синдрома, введении гепаринов — снижается. Поэтому снижение уровня AT III у пациента с COVID-19 — это плохой прогностический признак, который говорит о развитии серьезных осложнений и требует принятия мер.

При дефиците AT III решение принимается индивидуально.

Для коагуляционной коррекции уровня AT III существует три подхода:

1.Перевод пациента на лечебные дозы НМГ. В условиях дефицита AT III мы концентрируемся на связывании фактора Ха, учитывая тот факт, что связывание 1 единицы Ха предотвращает образование 50 единиц IIа (тромбина).

2. Восполнение AT III с помощью свежезамороженной плазмы (СЗП) или концентрата AT III. Оба варианта не рекомендуются при COVID-19. Переливание СЗП на фоне ОРДС увеличивает риск еще большего повреждения легких за счет возможного развития синдрома TRALI (острое повреждение легочной паренхимы в ответ на трансфузию крови и ее компонентов). Введение концентрата АТ III (в случаях, если его уровень не снижался менее 65 %) может привести к повышенной кровоточивости, что нежелательно при ведении беременных женщин в критическом состоянии.

3. Перевод пациентов на прямые ингибиторы тромбина (независимых от АТ III) — прямой ингибитор фактора IIа (дабигатран) или прямой ингибитор фактора Ха (ривароксабан). Этот метод применяется в общей группе пациентов и не применяется у беременных.

Определение Анти-Ха активности (МЕ/мл)

В настоящее время возможность определения анти-Ха активности появилась во многих стационарах, и важно уметь правильно интерпретировать результаты (рекомендуемые уровни см. в табл. 1).

Забор крови на это исследование осуществляется через 3–4 часа после подкожного введения НМГ. Лучше всего делать это через 4 часа, поскольку именно на этом временном интервале отмечается максимальный уровень концентрации введенного НМГ в плазме крови (анти-Ха активность).

Таблица 1. Классические рекомендуемые уровни анти-Ха активностиЧем лечить пневмонию при коронавирусе у беременныхС учетом того, что при госпитализации пациентов с ковидными пневмониями в основном выставляется высокий риск ТЭЛА, следует поддерживать уровень анти-Ха активности в пределах 0,5–1,0 МЕ/мл.

Принцип коррекции доз НМГ по анти-Ха активности приведен в табл. 2.

Таблица 2. Коррекция дозы НМГ для терапевтической концентрации 0,5–1,0 МЕ/млЧем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Что делать, если уровень D-димеров не снижается?

Один из самых часто задаваемых вопросов: все делаем правильно, но уровень D-димеров как был, так и остается высоким. В такую ловушку попадают стационары, в которых лаборатории выдают по D-димерам ответ «больше какого-либо значения», например «>5 000 нг/мл».

В таком случае нужно связаться с лабораторией и, если есть возможность, уточнить фактический уровень D-димеров на момент поступления пациента в реанимацию. Вполне возможно, он был 7 000, 10 000 или даже 20 000 нг/мл и на фоне лечения медленно снижается.

Также для верной оценки ситуации следует выполнить: контроль уровня АТ III и/или анти-Ха активности; УЗИ сердца с подсчетом среднего ДЛА; УЗИ вен нижних конечностей (ищем тромбы).

На фоне титрования НФГ тромбы постепенно разрыхляются и распадаются, поддерживая повышенный уровень D-димеров. Поэтому если у беременной женщины выявлен тромбоз вен нижних конечностей, необходимо периодически повторять УЗИ и проверять длину тромба. Если она уменьшается, значит, все хорошо.

Не нужно забывать, что иногда источником повышенного уровня D-димеров может быть гематома, которая медленно уходит, иногда на протяжении нескольких недель.

Что делать, если уровень D-димеров снова стал расти?

В ситуации резкого прироста необходимо провести диагностические мероприятия:

Повышение уровня СРБ в динамике свидетельствует об острой фазе воспаления. Под действием ИЛ-1, ИЛ-6 и ФНО-а синтез СРБ увеличивается через 6 часов, достигает максимальной концентрации через 24–48 часов.

Если на фоне лечения происходит резкий подъем уровня D-димеров, параллельно начинает повышаться уровень СРБ, коррелируя с ростом уровня ЛДГ, это указывает на факт катастрофы в легочных сосудах.

Как понять, есть ли ТЭЛА, в условиях отсутствия КТ-ангиографии?

Повышенный уровень D-димеров сам по себе в данной ситуации не подтверждает ТЭЛА, но важна динамика этого показателя. Следует оценить клинические признаки ТЭЛА, в частности перфузионную дыхательную недостаточность (снижение периферической сатурации

Источник

Коронавирусная инфекция у беременных

28 декабря 2020

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

По мнению экспертов ВОЗ, беременные женщины являются подверженными коронавирусной инфекции из-за изменений в организме (прежде всего, в органах дыхательной и иммунной системы), в связи с чем должны соблюдать меры социального дистанцирования. В то же время имеющиеся данные не свидетельствуют о более тяжелом течении COVID-19 у беременных женщин по сравнению с общей популяцией взрослых людей

Группу наиболее высокого риска развития тяжелых форм COVID-19 составляют беременные, имеющие соматические заболевания: хронические заболевания легких, в том числе бронхиальная астма средней и тяжелой степени тяжести; заболевания сердечно-сосудистой системы, артериальная гипертензия; сахарный диабет; иммуносупрессия, в т.ч. на фоне лечения онкологических заболеваний; ожирение; хроническая болезнь почек, заболевания печени, системные заболевания.

Течение заболевания:

Госпитализация беременных для лечения COVID-19

Показаниями к госпитализации беременных с COVID-19 во всех случаях являются среднетяжелые и тяжелые формы заболевания, они должны быть госпитализированы в карантинные стационары в соответствии с установленным порядком маршрутизации.

При легкой форме заболевания беременные могут получать лечение в домашних условиях под контролем участкового терапевта и врача акушера-гинеколога.

Терапия подбирается с учетом степени тяжести заболевания и может включать в себя «антибактериальные и противовирусные препараты, иммуномодуляторы, антикоагулянты и оксигенотерапию».

Стоит ли откладывать беременность?

При легком течении COVID-19 до 12 недель гестации, в связи с недоказанным отрицательным влиянием на плод, возможно пролонгирование беременности до доношенного срока.

Коронавирусная инфекция ни в коем случае не является показанием к прерыванию беременности. Если возникает угроза — она может возникать и по абсолютно другим причинам, не потому что женщина больна коронавирусом. Она получает лечение и от коронавирусной инфекции, и от причин, которые вызывают угрозу беременности. И донашивает свою беременность.

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Часто задаваемые вопросы:

Тест на Ковид беременным проводят при выявлении признаков острого респираторного вирусного заболевания, гриппа.

При наличии медицинских показаний КТ беременным женщинам проводят. Чтобы снизить лучевую нагрузку на плод, КТ исследование проводят с использованием специального рентгеноотражающего фартука, свинцового одеяла.

Обследование на коронавирусную инфекцию проводят не ранее 7 дней до плановой госпитализацией на родоразрешение всем беременным. При внеплановой госпитализации в родильный дом тест на коронавирусную инфекцию проведут при поступлении.

Партнерские роды в настоящее время запрещены, в соответствии
с пунктом 3.8 Постановления главного государственного санитарного врача РФ от 13.07.2020 № 20 «О мероприятиях по профилактике гриппа и острых респираторных вирусных инфекций, в том числе коронавирусной инфекции в эпидемическом сезоне 2020-2021 годов».

В сложившейся эпидемической ситуации врачам акушерам-гинекологам рекомендовано пересмотреть индивидуальные планы обследования и наблюдения беременных женщин, уменьшив количество очных консультаций до минимального, позволяющих оценить состояние беременной женщины и состояние плода.

Больничный лист беременной женщине может быть выписан при наличии заболевания. Но переход на дистанционную работу беременной женщины является одним из методов профилактики заболевания. Данный вопрос решается по согласованию с работодателем.

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Как обезопасить себя во время беременности в период Ковид?

Идеальным методом защиты беременной женщины от заражения коронавирусной инфекцией является её пребывание дома, особенно после 30 недель беременности (в период пребывания в отпуске по беременности и родам).

Источник

Амбулаторные подходы к лечению новой коронавирусной инфекции у беременных и кормящих женщин

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Проблема лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин является актуальной проблемой мирового здравоохранения. По данным зарубежных авторов (Mantlo E., Bukreyeva N., Maruyama J., Paessler S., Huang C. Antiviral activities o

Резюме. Проблема лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин является актуальной проблемой мирового здравоохранения. По данным зарубежных авторов (Mantlo E., Bukreyeva N., Maruyama J., Paessler S., Huang C. Antiviral activities of type I interferons to SARS-CoV-2 infection. Antiviral Res. 2020 Jul; 179: 104811) рекомбинантный интерферон α активен в отношении нового коронавируса in vitro на модели культуры клеток Vero и SARS-CoV-2 (COVID-19). SARS-CoV-2 (COVID-19) чувствителен к рекомбинантному интерферону α-2b, но для достижения терапевтического эффекта требуются высокие концентрации в сыворотке крови (более 300 МЕ/мл), которые достигаются при системном введении более 3 000 000 МЕ рекомбинантного интерферона α-2b. В статье проводится анализ клинических симптомов и эффективности терапии новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин в амбулаторной практике большими дозами интерферона α-2b (по решению консилиума врачей). Авторы установили, что комплексная терапия большими дозами интерферона α-2b инфекция COVID-19 у беременных течет относительно благоприятно и заканчивается выздоровлением. У кормящих женщин, не работающих по причине отпуска по уходу за ребенком, новая коронавирусная инфекция имела невыраженные клинические симптомы, сопровождалась развитием пневмоний (МСКТ I–II) с нераспространенным поражением легких. В качестве базисной терапии так же, как и беременным, им назначались высокие дозы рекомбинантного интерферона α-2b и β-лактамного антибиотика, чтобы не допустить утяжеления состояния. Данная терапия позволяла избежать осложнений и купировать явления поражения бронхиального дерева.

Эпидемиологическая ситуация в мире, вызванная новым штаммом коронавируса SARS-CoV-2, продолжает оставаться напряженной, и новая коронавирусная инфекция COVID-19 начала свое распространение по территории Российской Федерации. Динамика роста новых случаев заболевания в Омской области (рис. 1) носит характер экспоненциального роста: на момент написания данной статьи в Омской области выявлено 7637 случаев заболевания, количество выздоровевших составило 5374 пациента, суммарное число летальных исходов по области – 85 случаев, показатель летальности составил 1,12% [1].

Чем лечить пневмонию при коронавирусе у беременных

Особую тревогу вызывают случаи заболевания новой коронавирусной инфекцией у беременных. Имеющиеся в настоящее время литературные данные не позволяют сделать полноценный вывод о более тяжелом клиническом течении заболевания у беременных в сравнении с общей популяцией страдающих COVID-19 [2, 3]. Так, например, проведенное ретроспективное одноцентровое исследование всех беременных женщин с COVID-19, которые были госпитализированы в больницу Тунцзи в г. Ухане (КНР), показало, что фетальные и неонатальные исходы тех беременных женщин, которые заразились на поздних сроках беременности, в клиническом плане являются хорошими, поскольку эти результаты достигаются с помощью интенсивных методов диагностики и контроля распространения инфекции [4]. Вместе с тем в другой работе иностранных исследователей в результате изучения эпидемиологических и клинических особенностей у детей, инфицированных вирусом SARS-CoV-2, при суммировании перинатальных исходов новорожденных, инфицированных новым коронавирусом во внутриутробном периоде, авторами было сделано предположение о возможности вертикальной передачи вируса от матери плоду [5]. В литературе описаны случаи выявления с помощью метода полимеразной цепной реакции (ПЦР) антигенов вируса SARS-CoV-2 в грудном молоке в лактационном периоде [6]. Однако в образцах амниотической жидкости и в плаценте, по известным данным на сегодняшний день, собственно вируса SARS-CoV-2 или его антигенных компонентов обнаружено не было [7]. И все же анализ литературных источников 2020 г., посвященных проблеме беременных с COVID-19, показал, что риск возникновения тяжелых осложнений у беременных возможен, равно как и резкое ухудшение течения заболевания вплоть до критического уровня, на фоне стабильной клинической картины [8, 9]. Как правило, неонатальные случаи инфицирования вирусом SARS-CoV-2 с развитием клинической картины инфекции COVID-19 были выявлены при тесном контакте новорожденного с зараженной матерью или третьими лицами. Эти факты официально подтверждены Центром по контролю за заболеваниями в США (Center for Disease Control – CDC), в документах которого сказано, что во время беременности риск передачи коронавируса от матери к ребенку крайне низок, однако заражение новорожденного возможно при контакте с больным COVID-19 или бессимптомным вирусоносителем SARS-CoV-2 [10]. Данные сведения являются чрезвычайно важными для построения адекватной системы оказания квалифицированной медицинской помощи беременным, инфицированным новым коронавирусом.

Согласно Методическим рекомендациям Минздрава России «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19» [11], в стране разработаны принципы маршрутизации данных контингентов больных, определены основные параметры лабораторной диагностики и терапии как на госпитальном этапе, так и в амбулаторной практике. Ранжирование всех случаев заболевания инфекцией COVID-19 у беременных осуществляется в соответствии с действующими нормативами и подразумевает следующие критерии оценки каждого случая заболевания: подозрительный, вероятный, подтвержденный [12]. Cреднетяжелые и тяжелые формы COVID-19 у беременных требуют обязательной госпитализации. При легких формах инфекции беременные могут наблюдаться в амбулаторных условиях без потенциального ущерба для их семей. Эти подходы заложены в общемировую концепцию и сформулированы в соответствующих отечественных и зарубежных официальных нормативных документах [11, 13]. Напротив, пациентки с предполагаемым диагнозом должны быть помещены в лечебные учреждения, оснащенные специальными помещениями для изоляции, возможно с отрицательным атмосферным давлением и снабженные средствами индивидуальной защиты (СИЗ) [11]. В июне-июле 2020 г. в учреждениях здравоохранения Омской области изменились подходы к диагностике ОРВИ. Не каждый случай ОРВИ требовал соответствующего обследования на COVID-19. Госпитализация при ОРВИ перестала быть обязательной и осуществлялась только при диагностировании пневмонии с большим объемом поражения (более 50% по данным МСКТ органов грудной клетки – ОГК). И в этот период развитие клинической симптоматики ОРВИ у беременной женщины не считалось подозрением на COVID-19, участковые терапевты самостоятельно лечили развившиеся случаи инфекции, не сопровождающиеся одышкой и снижением показателей сатурации.

В этой связи нами было решено проанализировать случаи развития ОРВИ у беременных и кормящих женщин за июнь-июль 2020 г., впоследствии расцененные как новая коронавирусная инфекция, с оценкой клинической симптоматики и результатов лечения.

Целью данного исследования было провести анализ клинических симптомов и эффективности терапии новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин в амбулаторной практике.

Материалы и методы исследования

Исследование носило наблюдательный и описательный характер. В группу исследования вошли 5 беременных, заболевших ОРВИ в период с июня по июль 2020 г., а также 4 женщины в лактационном периоде (кормящие матери), заболевшие пневмониями в тот же период времени. Средний возраст беременных составил 31,2 ± 2,9 года, из них одна — первобеременная, 4 пациентки были повторно беременные, при этом у двух из них это была вторая беременность (первая закончилась родами), у одной пациентки — третья беременность (одни роды и один выкидыш), у одной пациентки — четвертая беременность (в анамнезе трое родов). Срок гестации составлял от 15 до 32 недель. Средний возраст кормящих матерей, включенных в исследование, составлял 33,7 ± 6,2 года. Средний возраст грудных детей составил 5,2 ± 3,8 месяца. В качестве средств терапии у беременных и кормящих грудью пациенток с ОРВИ был выбран препарат рекомбинантного интерферона α-2b с антиоксидантами — аскорбиновой кислотой и токоферола ацетатом (Виферон®) в форме ректальных суппозиториев в дозе 3 000 000 МЕ 2 раза в день курсом 10 дней. Данный выбор базировался на современных литературных данных по решению консилиума врачей. Так, проведенный критический обзор лекарственных средств, применяемых при лечении инфекции COVID-19, показал, что интерфероны I типа — IFN-alpha (IFN), обладающие широким спектром противовирусной активности в отношении РНК-вирусов, стимулируя адаптивный иммунный ответ хозяина, могут быть полезны при клиническом лечении COVID-19 как самостоятельно, так и в комбинации с другими противовирусными препаратами [14]. Данный вывод авторов основывается на работах E. Mantlo и соавт. (2020), которые в эксперименте in vitro продемонстрировали, что вирус SARS-CoV-2 чувствителен к IFN-alpha, репликация вируса при этом ингибируется в концентрациях, которые клинически достижимы у пациентов [15]. Кроме того, в исследовании B. P. Yazdani и соавт. (2012) показано, что IFN-alpha существенно не увеличивает риск развития пороков развития, выкидышей, мертворождений или преждевременных родов и его применение в рекомендуемых дозах абсолютно безопасно [16]. Также в свое время отечественные авторы доказали, что усиление цитотоксичности NK-клеток, стимуляция синтеза иммуноглобулинов различных классов, активация механизмов нейтрофильного фагоцитоза в реализации не только противовирусных, но и бактериостатических/бактерицидных эффектов невозможны без использования препаратов рекомбинантного интерферона α [17–19]. Назначение рекомбинантного интерферона α-2b с антиоксидантами в форме ректальных суппозиториев сочеталось с применением антибактериальных препаратов: препаратами выбора были джозамицин (Вильпрафен), назначаемый по 1000 мг 2 раза в день, или амоксициллин/клавулановая кислота — по 625 мг 3 раза в день, при этом назначение джозамицина считалось предпочтительным ввиду отсутствия послабляющего эффекта, связанного с усилением перистальтики кишечника, характерного для клавулановой кислоты. Выбор антибиотиков и способа их введения осуществлялся нами в соответствии с п. 4.8 действующего нормативного документа — методических рекомендаций Минздрава России «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19 (версия 2.0 от мая 2020 г.)» [11].

Результаты исследования

У беременных, включенных в исследование, клиническое течение ОРВИ в 4 случаях было острым, сопровождающимся повышением температуры тела до фебрильных цифр, слабостью, отсутствием аппетита. Пятая беременная пациентка отличалась от других (о ней информация дана ниже по тексту). Ранний симптом — аносмия (потеря обоняния) — был зарегистрирован у одной беременной пациентки. В первые дни заболевания других симптомов не отмечалось. При этом у трех женщин не был установлен источник заражения, одна из них заболела одновременно со своей матерью 63 лет, у которой заболевание протекало легко, сопровождалось невысокой субфебрильной лихорадкой, аносмией, выраженной слабостью, потерей аппетита. Клиническая симптоматика данной пациентки подверглась регрессии в течение 5–8 дней. У одной из четырех женщин предположительным источником заражения стал супруг, заболевший на 5 дней раньше. У больного диагностирована двусторонняя пневмония, наблюдалось поражение легочной ткани в объеме 18%, ПЦР-анализ на вирус SARS-CoV-2 был отрицательным. На 7-й день болезни в крови у пациента обнаружены антитела IgМ и IgG к вирусу SARS-CoV-2, референтные значения которых составили 9,2 и 6,7 МЕ/мл соответственно. Все беременные обратились к участковому терапевту, работающим был открыт больничный лист, выставлен диагноз ОРВИ, ПЦР-анализ на антигены к вирусу SARS-CoV-2 не проводился. Одновременно пациентки обратились к пульмонологу в частные медицинские центры. В качестве терапии им был назначен интерферон α-2b с антиоксидантами — витаминами С и Е (Виферон®) в виде ректальных суппозиториев в дозе 3 000 000 МЕ 2 раза в день, одновременно назначались антибактериальные препараты, трем пациенткам — джозамицин, одной — амоксициллин/клавуланат. При этом на терапию интерфероном α-2b согласились все пациентки, антибактериальный препарат одновременно согласились принимать 2 пациентки, 2 беременные женщины воздержались от приема антибактериального препарата.

Нормализация температуры тела на фоне лечения наступила у всех четырех пациенток в течение второго-четвертого дней от начала заболевания. В последующем у двух пациенток, получавших одновременно противовирусную и антибактериальную терапию, симптомы регрессировали следующим образом: аппетит восстановился к 10–11 дню, слабость уменьшалась постепенно и максимально сохранялась в течение 18–21 дня. Общая продолжительность лечения составила 10 дней. У двух беременных, получавших только интерферон α-2b, было отмечено повторное повышение температуры тела до фебрильных цифр на 5–6 день болезни, наблюдалось появление интенсивного, в том числе приступообразного кашля в дневное и ночное время, что потребовало добавления к лечению антибактериального препарата. Общий курс лечения этих пациенток составил 15–16 дней. У одной пациентки диагностирован бронхообструктивный бронхит, назначалась небулайзерная терапия с использованием суспензии будесонида и бронхолитиков (ипратропия бромид/фенотерол). Обеим беременным пациенткам был выставлен диагноз бронхита, развившегося на фоне ОРВИ. Частота дыхательных движений не изменялась, показатели пульсоксиметрии были нормальными, лучевые методы исследования в диагностике не использовались. В связи с тем, что четырем беременным пациенткам ПЦР-диагностика назальных мазков на определение РНК вируса SARS-CoV-2 не проводилась, диагноз CОVID-19 им не выставлялся. После улучшения состояния, исчезновения симптомов пациентки сдали анализ крови на определение антител класса IgG к SARS-CoV-2, которые были идентифицированы у всех больных в референтных значениях от 2,8 до 8,1 МЕ/мл, что позволило считать данный эпизод ОРВИ новой коронавирусной инфекцией COVID-19. Пятая пациентка отличалась от остальных: это была мать троих детей, имевшая четвертую беременность в сроке гестации 26 недель. В семье заболел супруг, у которого отмечена субфебрильная лихорадка в течение 7 дней, на МСКТ ОГК выявлена двусторонняя пневмония с поражением легких на 25%. У данной пациентки на 6-й день болезни мужа отмечалось однократное повышение температуры до 37,5 °С, с последующей самостоятельной нормализацией температурной реакции. Других симптомов заболевания не отмечено. Муж был изолирован в пределах квартиры в отдельную комнату с первых дней заболевания. Пациентке назначался интерферон α-2b в лекарственной форме «ректальные суппозитории» – 500 000 МЕ 2 раза в день курсом 10 дней. В крови через 19 дней от даты фебрилитета были обнаружены IgG к вирусу SARS-CoV-2 в референтном значении 2,1 МЕ/мл.

В исследование также вошли 4 пациентки в стадии лактации. Все обследуемые женщины имели бытовой контакт с мужьями, у которых были отмечены симптомы ОРВИ (слабость, повышение температуры тела до субфебрильных цифр). Мужчины к врачу не обращались и продолжали работать. На 5–7 день от начала контакта у всех кормящих женщин отмечалось повышение температуры до субфебрильных цифр (37,2–37,5 °С), наблюдались симптомы слабости, снижения аппетита, в двух случаях пациентки жаловались на аносмию. На 3–5 день течения эпизода ОРВИ у матерей семейные пары обратились в частные медицинские центры для выполнения МСКТ ОГК. У всех обратившихся были диагностированы двусторонние интерстициальные пневмонии, объем поражения легких у кормящих женщин составлял от 8% до 25%, у супругов пациенток – от 12% до 35%. В дальнейшем пациентки обращались к терапевтам, пульмонологам частных медицинских центров. В качестве терапии назначался препарат рекомбинантного интерферона α-2b в сочетании с витаминами С и Е, (Виферон®) в форме ректальных суппозиториев в дозе 3 000 000 МЕ 2 раза в день курсом 10 дней, а также амоксициллин/клавулановая кислота в двух случаях, джозамицин также в двух случаях. Кормление грудью пациентки не прекращали. У двух детей в возрасте 6 и 7 месяцев отмечалась субфебрильная температурная реакция в течение 2–3 дней, детям назначался интерферон α-2b (ректальные суппозитории) в дозе 150 000 МЕ 2 раза в день, продолжительность приема составила 3–5 дней, затем самостоятельно препарат отменялся мамой ввиду отсутствия симптомов у ребенка. Антибактериальная терапия детям не потребовалась.

Контроль МСКТ ОГК женщинам в ближайшее после выздоровления время не проводился, поскольку был запланирован при условии удовлетворительного самочувствия после окончания периода лактации. Исследовалась кровь на наличие иммуноглобулинов классов M и G после завершения курса терапии: у всех пациенток обнаружены IgМ и IgG к SARS-CoV-2 в значениях от 4 до 8,8 МЕ/мл, у одной пациентки референтное значение IgМ составило 2,6 МЕ/мл.

Заключение

В статье проводится анализ клинических симптомов и эффективности терапии новой коронавирусной инфекции COVID-19 у беременных и кормящих женщин в амбулаторной практике большими дозами интерферона α-2b. Авторы установили, что на фоне комплексной терапии большими дозами интерферона α-2b (Виферон®) инфекция COVID-19 у беременных течет относительно благоприятно и заканчивается выздоровлением. Терапия интерфероном α-2b с антиоксидантным комплексом (витаминами Е и С) считается безопасной в период беременности и лактации и создает достаточный противовирусный эффект, выражающийся в нормализации температурных параметров тела и последующем регрессировании остальных симптомов. При этом в наших наблюдениях дозы интерферона α-2b (ректальная лекарственная форма), применяемые у беременных, были высокими — от 500 000 МЕ до 3 000 000 МЕ (за прием). Побочных явлений не наблюдалось, переносимость препарата была хорошей, отрицательного воздействия на плод зафиксировано не было. При новой коронавирусной инфекции назначение антибактериальных препаратов, допустимых при беременности, позволяло избежать осложнений и купировать явления поражения бронхиального дерева. У кормящих женщин, не работающих по причине отпуска по уходу за ребенком, новая коронавирусная инфекция развивалась при контакте с работающими мужьями, имела невыраженные клинические симптомы, сопровождалась развитием пневмоний (МСКТ I–II) с нераспространенным поражением легких, препаратами выбора для ее терапии послужил интерферон α-2b в виде ректальных суппозиториев и бета-лактамные антибиотики. Результаты исследования в целом сочетаются с данными литературных источников и позволяют рекомендовать вышеуказанные схемы лечения препаратом рекомбинантного интерферона α-2b с высокоактивными антиоксидантами витаминами Е и С (Виферон®) и бета-лактамные антибиотики в амбулаторной клинической практике при лечении беременных и кормящих женщин, страдающих инфекцией COVID-19.

Литература/References

ФГБОУ ВО ОмГМУ Минздрава России, Омск, Россия

Амбулаторные подходы к лечению новой коронавирусной инфекции у беременных и кормящих женщин/ А. В. Мордык, Л. В. Пузырева, К. Ю. Самсонов, Н. В. Багишева
Для цитирования: Лечащий врач № 8/2020; Номера страниц в выпуске: 71-76
Теги: вирусная инфекция, коронавирус, пневмония

Источник

Ковид угрожает беременным и младенцам. Врач дала чёткие рекомендации

Диагноз «внутриутробная пневмония» женщины слышат всё чаще. Преждевременные роды, ребёнок появляется на свет и не может сделать первый вдох. Дальше – реанимация и борьба врачей за жизнь. К таким страшным последствиям может привести коронавирус, перенесённый в первом и втором триместрах. Как планировать беременность в этой ситуации? Об этом в студии «Первого русского» ведущая Мария Иваткина беседовала с врачом высшей категории, акушером-гинекологом Аллой Пашковой.

Мария Иваткина: В вашей врачебной практике встречались случаи заболевания коронавирусом беременных женщин?

Алла Пашкова: Куда от этого деться, конечно, встречались. Хотя я не работаю в роддоме, который ориентирован на принятие родов у рожениц с коронавирусом, но тем не менее среди моих беременных были пациентки с коронавирусной инфекцией.

– Как это осложняет протекание беременности? Как это сказывается на здоровье женщины, будущего ребёнка?

– В основном у беременных заболевание протекает достаточно легко. Чаще всего это либо бессимптомное, либо лёгкое, либо среднее течение болезни, что на здоровье детей не отражается. Женщины доносят беременность до положенного срока и рожают здоровых детей. Риск преждевременных родов, если говорить о здоровых женщинах, составляет около 6–7%.

Тромбоз, преждевременные роды – чем опасен ковид для беременных

Но среди беременных с коронавирусной инфекцией у каждой пятой могут быть либо поздние выкидыши, либо преждевременные роды с риском рождения детей с низкой массой тела, с проблемами с дыханием, потому что большинство из них имеют респираторный дистресс-синдром. Ну и, соответственно, потом, в будущем, это риски поражения органов зрения, слуха, ДЦП и прочее.

Для матери ковид в случае тяжёлого течения болезни опасен кровотечением, тромбозом из-за того, что на фоне коронавирусной инфекции часто отмечается гиперкоагуляция, то есть повышение свертываемости крови.

А если у беременной наблюдается ожирение, заболевание сердечно-сосудистой системы или тромбофилия, то, соответственно, риск тромбоза ещё выше. Помимо этого, существует угроза антенатальной гибели плода или преждевременной отслойки нормально расположенной плаценты.

Поэтому такие беременные угрожаемые как по тромбозу у них самих, так и по тромбозу на сосудах плацентарного русла. То есть это и антенатальная гибель плода, и преждевременная отслойка нормально расположенной плаценты.

– А какие меры профилактики могут быть в этом случае?

– Всё зависит от того, какое течение болезни – лёгкое, среднее или тяжёлое. При средней и тяжёлой форме женщина будет госпитализирована, и ею займутся специалисты.

Если же болезнь протекает легко или даже бессимптомно, то лучше находиться дома. Если температура поднимается выше 38–38,5, то назначаются жаропонижающие препараты, обильное питьё и, естественно, витамины, возможно, D3. Необходимо полноценное питание и соблюдение режима.

В целом же надо соблюдать обычные меры профилактики: избегать тесных помещений, контактов с большим количеством людей, чаще мыть руки, обрабатывать их санитайзерами, носить маску, меняя её каждые три часа.

– А правильно ли я понимаю, что лечение беременных женщин от коронавируса несколько отличается?

– Серьёзных отличий нет, в целом лечение идёт по одному и тому же сценарию. Конечно, всё зависит от того, в какой форме протекает болезнь. При тяжёлой форме, если потребуется ИВЛ, может встать вопрос об экстренном родоразрешении, потому что уже сама беременность – это большая нагрузка на организм. И получается, что в стрессовой ситуации, когда силы организма направлены на выживание, беременность – это некий отягощающий момент.

– Который отнимает силы у организма.

– Да. Это и дополнительный забор питательных веществ, и необходимость обеспечивать плацентарный кровоток, и выращивать у себя внутри новый организм.

Плюс это особая «договорённость» иммунной системы. Потому что плод – это, можно сказать, генетически чужеродный организм. И здесь необходим адекватный иммунный ответ, чтобы он не отторгался, чтобы он жил и развивался. А когда вмешивается в этот процесс коронавирусная инфекция, всё в организме нарушается.

Как лечат ковид во время беременности?

– Получается, что беременные женщины – это «группа риска» для коронавируса?

– Безусловно. И исследования, которые проводились, показали, что вероятность инфицирования у беременных достаточно высокая. Тем не менее тяжёлая форма у них встречается не более чем в 5% случаев, то есть нечасто.

– Я не просто так задала вопрос о лечении ковида в период беременности. Многие женщины в этот период часто боятся принимать какие-то лекарства. И вот здесь возникает такой вопрос: что страшнее, инфекция, которая развивается внутри организма и может навредить будущему ребёнку, либо лекарства, которые гипотетически тоже могут нанести вред и матери, и ребёнку.

Тут совершенно неправильный подход. К сожалению, почему-то в нашем постсоветском пространстве существует мнение, что если беременность, если это новорожденный ребенок, то лекарство категорически принимать нельзя. Что это вредно, что нужно лечиться подорожником и так далее.

Но доказательная медицина на то и доказательная, что опирается на протоколы ведения определённых заболеваний, а они возникают не на ровном месте, а в результате серьёзных независимых исследований в разных странах с контрольными группами.

К примеру, в США существует градация лекарственных препаратов. К примеру, лекарства группы А абсолютно безопасны при беременности. Препараты группы В надо принимать с осторожностью и так далее.

Хотя с коронавирусом мы столкнулись не так давно, определённый опыт лечения болезни во время беременности уже накоплен, необходимые препараты, позволяющие снизить риск осложнений, одобрены.

Мама заболела, как это отразится на ребёнке?

– А если женщина переносит коронавирусную инфекцию легко и, может быть, даже бессимптомно, впоследствии это сказывается на здоровье ребёнка? Возможно ли у него развитие внутриутробной пневмонии?

– Согласно проведённым на данный момент исследованиям, тотальное прохождение вируса от матери к плоду через плацентарный барьер исключается. Однако случаи, когда рождались недоношенные дети с внутриутробной пневмонией с подтверждением диагноза «коронавирусная инфекция», в специальной литературе уже описаны. Но это – единичные случаи, когда дети рождались от соматически отягощённых матерей – с ожирением, с диабетом, с артериальной гипертензией и так далее.

Так что в основной массе коронавирус во время беременности ребёнку не передаётся. Другое дело, если заражение произошло уже после родов, в результате тесного контакта.

Не надо считать, что если мама заболела ковидом, то у ребёнка обязательно будет внутриутробная пневмония. Конечно, нет. Это происходит в единичных случаях. Что же касается самой внутриутробной пневмонии, то с ней мы сталкиваемся и без эпидемии коронавирусной инфекции – её могут вызывать не только вирусы, но и бактерии.

– Скажите, а форма течения болезни зависит исключительно от каких-то других заболеваний, которые имеются у женщины? Либо это может быть совершенно здоровая молодая беременная женщина, которая заболела коронавирусом, и, к сожалению, её случай оказался смертельным?

– Одно из последних американских исследований показало, что вероятность летального исхода у беременных, инфицированных коронавирусом, составляет где-то 1 к 709 случаям. При этом вероятность летального исхода просто у здоровой беременной составляет 1 к 20 тысячам. То есть разница налицо.

Что касается группы риска, то, как я уже говорила, в неё входят беременные с ожирением, с артериальной гипертензией, с заболеваниями сердечно-сосудистой системы, с тяжёлыми заболеваниями печени и почек, а также с перенесёнными онкозаболеваниями.

К сожалению, у нас большое количество женщин с нарушениями жирового обмена на фоне беременности, с гестационным сахарным диабетом. А всё потому, что у нас отсутствует культура питания, нет правильного ведения таких беременных. Зачастую никто не уделяет внимание правильно проведённому скринингу первого триместра с оценкой риска преэклампсии и синдрома задержки роста плода.

– О первом случае ковида у беременной женщины мы узнали в марте 2020 года, то есть прошло почти полтора года. Какие выводы мы сделали за это время, какие ошибки исправили и что научились делать?

– В настоящее время уже чётко отработана схема, как правильно ставить диагноз и назначать лечение, если беременная женщина заразилась коронавирусной инфекцией. Везде в нашей стране есть стационары, которые ориентированы на оказание помощи беременным, заболевшим коронавирусной инфекцией. Естественно, накоплен опыт в плане схем терапии, подходов к лечению таких пациенток.

Когда надо вакцинироваться беременным?

– Многих интересует вопрос вакцинации беременных.

– Я, как врач, отношусь к вакцинации положительно. И сами подумайте. Вакцины, которые сейчас используются, в том числе от коронавируса, неживые. С давних времен известно, что для беременных опасны только живые вакцины. Ну, например, вакцина от ветряной оспы, от кори, от краснухи, от вируса папилломы человека рекомбинантная.

А мёртвая вакцина – это инактивированный вирус. Это как раз «Спутник-V». Эта вакцина представляет собой инактивированный аденовирус, в который встроен только небольшой участок ДНК коронавируса, тоже инактивированного, неживого.

Когда подобная вакцина вводится, вырабатываются антитела против аденовируса, который является проводником и, соответственно, ДНК коронавируса. То есть когда организм встречается с живым коронавирусом, его клетки не способны цепляться за клетки человека и их разрушать.

Теперь коснусь мифов, которые связаны с вакциной. Первое, что вакцина приведёт к бесплодию. Давайте логически мыслить. Из-за чего бывает бесплодие? Либо стареют яйцеклетки, разрушаются фолликулы. Это случается, если были многократно оперированы яичники.

Ещё одна причина – возрастное старение. Запас яйцеклеток в 45 лет отличается от запаса, который бывает в 20 лет. Но ни один вирус не способен поразить фолликулы и разрушить яйцеклетки. Опасна для разрушения яйцеклеток, а также для сперматозоидов, только гипертермия.

Если у человека долгое время держится высокая температура, тогда может случиться денатурация клеток, то есть они будут разрушаться.

– Ещё один важный вопрос. Если женщина планирует беременность, за сколько времени ей надо вакцинироваться?

– Английское общество репродуктивной медицины выпустило обязательную рекомендацию о необходимости вакцинироваться парам, которые планируют беременность. Учитывая то, что по статистике беременность наступает у 90% пар на 8–9-й месяц планирования, то мы не знаем, что случится за этот период. Очевидно, что рекомендация британских специалистов вполне правильная.

Что касается самой вакцины, то она, как я уже сказала, инактивированная. Она не передаётся в грудное молоко, не проникает через плацентарный барьер.

Если слушать мифы, что через пять-семь лет может случиться что-то плохое, то давайте прежде включим логику. Компоненты вакцины сохраняются в нашем организме не более трёх недель. За это время либо выработаются антитела, либо нет. Через три недели организм уже не вспомнит об этом компоненте вакцины. Поэтому постоянно возникают вопросы о ревакцинации.

– На какой неделе лучше вакцинироваться беременной женщине?

– Согласно рекомендациям Минздрава, беременным из группы риска можно вакцинироваться «Спутником-V» на сроке в 22 недели. Раньше этого срока не рекомендуется, потому что пока не собрана доказательная база.

Но тем же самым Pfizer за рубежом разрешают вакцинироваться на ранних сроках, он разрешён и кормящим матерям.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *